100 лет назад в Баку состоялся Первый Всесоюзный тюркологический съезд, на котором было принято решение о создании единого тюркского алфавита на основе латиницы. В то время как часть тюркских ученых активно лоббировала переход на латиницу, группа лингвистов во главе с Ахметом Байтурсынулы выразила решительный протест. Этот вопрос внес раскол даже в ряды самой казахской интеллигенции, разделив её на два противоборствующих лагеря.
Чего опасался Байтурсынулы, реформировавший казахскую письменность в начале 20 века, и к каким аргументам взывали сторонники латиницы? Специально для Qalam заведующий отделом ахметоведения Института языкознания имени Ахмета Байтурсынулы Ермухамет Маралбек отвечает на эти вопросы и объясняет природу глубоких противоречий, лежавших в основе этой дискуссии.
«Съезд» или «курултай»?
В 1920-е годы советская власть находилась в самом начале своего становления. Для укрепления своих позиций руководство СССР проводило в национальных республиках так называемую политику «коренизации». Центральная власть активно привлекала на государственные должности представителей местных национальностей, а также поощряла внедрение местных языков в делопроизводство и образование. Во многом это была непоследовательная и часто лицемерная кампания, которая в итоге закончилась в 1930-х годах жестокими репрессиями против национальных элит. Тем не менее, эта политика напрямую повлияла на развитие культурно-духовной жизни тюркских народов. При этом, подъем национального сознания в республиках, оживление общественной дискуссии не мог не мог остаться без внимания центра.
21 марта 1924 года на заседании Всесоюзной научной ассоциации востоковедения в стенах Академии наук в Ленинграде советский тюрколог А.Н.Самойлович сообщил, что в автономных республиках и областях, населенных тюркскими народами полным ходом идут дискуссии по реформе арабской графики, переходу на латиницу, формированию национальной терминологии, литературного языка и созданию школьных учебников. Самойлович утверждал, что для этого процесса не хватает квалифицированных кадров, а также должной координации на союзном уровне. Он подчеркнул, что без системного подхода эффективность затрат на развитие образования и издательского дела на тюркских языках будет крайне сомнительной. Кроме того, Самойлович указал на жизненную необходимость подготовки высококлассных специалистов в области языка, истории, этнографии и географии тюркского мира.
Кёпрюлюзаде, Али-бей Гусейнзаде и Салман Мумтаз на Первом тюркологическом съезде. Баку, 6 марта 1926 года / Институт рукописей НАН Азербайджана, Wikimedia Commons
В своем докладе Самойлович не обошел стороной и попытки тюркской интеллигенции реформировать арабскую графику. Подобные инициативы активно выдвигались татарскими, турецкими и казахскими просветителями. Однако Самойлович так и не дал должной оценки значимости трудов Ахмета Байтурсынулы1
1Ахмет Байтурсынулы (1872-1937) — казахский общественный деятель и ученый, один из руководителей движения «Алаш», реализовавший в 1912 году проект по реформе казахского языка на основе арабского алфавита, который использовался в казахской печати: то ли он действительно не был осведомлен об успехе его реформы, то ли не сумел постичь её глубокую научную основу, а возможно, и вовсе игнорировал её намеренно. В своем докладе он резюмирует:
«Попытки реформирования арабского алфавита среди тюркских народов носят разрозненный характер, лишены общего вектора и заканчиваются неудачей».
Примечательно, что позже, в работе, изданной в Москве в 1931 годуi«Литературная энциклопедия», 5том он все же приводит краткую справку о Байтурсынулы и дает подробную сравнительную таблицу реформированного им казахского алфавита, разделив его на два периода: до 1927 года и после 1927 года.
Члены партии «Алаш». Ахмет Байтурсынулы — второй справа в нижнем ряду / ЦГА КФДЗ
Отдельно Самойлович оговаривает использование термина «курултай» как тюркского эквивалента слова «съезд», а также конкретизирует состав участников и продолжительность рабочей программы. Перечисляя ряд видных востоковедов и тюркологов, ученый особо выделяет кандидатуру Назира Тoрeкулова — казахского филолога-тюрколога, который возглавлял на тот момент Центральное издательство народов Востока (Центриздат).
Съезд в Баку и позиция Байтурсынулы
С 26 февраля по 5 марта 1926 года состоялся Первый Всесоюзный тюркологический курултай. Центральной темой обсуждения стал переход на латиницу. Баку был выбран местом встречи неслучайно: именно Азербайджан еще в 1922 году первым в Союзе инициировал этот процесс и приступил к реальному внедрению латинского алфавита.
Порт Баку, Азербайджан, 1910–1920 годы / Getty Images
Для участия в бакинском форуме от Казахской АССР прибыла делегация во главе с Ахметом Байтурсынулы. В её состав вошли сотрудники Академического центра при Народном комиссариате просвещения – Елдес Омарулы, Билял Сулеев и Азиз Байсейдули. Назир Торекулов прибыл из Москвы по отдельному приглашению.
Назир Торекулов (Төреқұлов) с дочерью Анель, 1930-е годы / Wikimedia Commons
Однако на курултае единства среди казахов не было – их взгляды разделились. Ахмет Байтурсынулы и Елдес Омарулы, как лингвисты, глубоко понимавшие саму природу вопроса, выступили категорически против перехода на латиницу, стремясь защитить те достижения, которых казахский язык и письменность уже достигли к тому моменту. В своей статье «Курултай тюркологов», написанной как отчет для общественности о ходе съезда, Байтурсынулы отмечал:
«Азербайджанцы, по всей видимости, полагают, что создать полноценный фонетический алфавит на основе арабской графики невозможно. Убежденные в том, что звуковая система немыслима без латиницы, они – вопреки нашим доводам об излишестве этой меры – настояли на формулировке “фонетический, на латинской основе”, воспользовавшись поддержкой большинства. Мы же лишь констатировали, что в данном вопросе наши пути расходятся».
Объективности ради стоит признать, что переход на латиницу в тюркских языках не был продиктован исключительно политикой – он имел под собой и лингвистическую основу. Именно поэтому многие казахские интеллектуалы вроде Назира Торекулова и Телжана Шонанулы поддержали эту инициативу. Арабская система письма, служившая тюркским народам более тысячи лет, в силу отсутствия графического обозначения гласных и множества условностей, вступила в противоречие с самой природой тюркских языков, чья внутренняя структура веками проходила свою эволюцию в живой устной речи. Арабская графика попросту перестала отвечать требованиям языковой коммуникации новой эпохи. Часть тюркских ученых видела единственный выход из сложившегося затруднения в кардинальной смене алфавита.
Ахмет Байтурсынулы изначально видел несовершенства арабской графики и еще в 1912 году направил развитие казахской письменности по новому вектору, придав ей сугубо национальный характер. Последовательно реформируя старый джадидский алфавит, он адаптировал его под фонетическую и фонологическую природу казахского языка. В результате Байтурсынулы создал уникальную систему письма: лаконичную, удобную для скорописи, приспособленную к типографскому делу и, главное, безупречно передающую все нюансы родной речи. Именно поэтому ученый был убежден, что в 1920-х годах форсированный переход на латиницу лишен всякой необходимости. По его мнению, подобный шаг обрек бы казахское общество, едва приобщившееся к грамоте на национальном алфавите, на тотальную безграмотность, фактически сведя на нет плоды многолетней политико-просветительской борьбы.
Правда Ахмета
Ахмет Байтурсынулы полагал, что, хотя тюркские народы и были некогда родственными этносами и жили в едином ареале, за прошедшие столетия каждая ветвь этого древа сформировалась в самостоятельную нацию. Диалекты общего пратюркского языка, развиваясь по естественным законам, трансформировались в отдельные языки. Поскольку их внутренняя структура и фонетический состав перестали быть идентичными, универсальная для всех графическая система уже не могла в полной мере отвечать уникальным особенностям каждого из них.
Алфавит Ахмета Байтурсынулы / ЦГА РК
Если признать, что алфавит в любую эпоху служил инструментом политической системы, то и предложенная на этом курултае графическая модель, хоть и сближала тюркские народы внешне, преследовала цели, далекие от истинного духовного единства. Для более глубокого понимания этого вопроса важно обратиться к логике самого Байтурсынулы:
«Вглядываясь в то, как другие тюркские народы реформируют свою графику и правописание, нельзя не заметить наши коренные отличия. Те звуки, что присущи нам, порой отсутствуют у них, и наоборот. Те словоформы, что бытуют у нас, не находят места в их речи. Поэтому, если только мы не намерены отречься от казахского языка и раствориться в каком-либо ином тюркском наречии, нам надлежит действовать сообща в том, что нас роднит, и сохранять самобытность там, где мы разнимся. Этого принципа следует придерживаться во всем, что касается нужд казахского языка. Будь то буквы или грамматические формы – если они идентичны с другими языками, их стоит писать единообразно. Если же они уникальны, то и фиксироваться должны иначе. Однако там, где различия едва уловимы, ими можно задаться целью пренебречь ради общего дела».
Также он отмечает:
«В деле упорядочивания орфографии среди тюркских народов первыми оказались казахи, тогда как азербайджанцы и анатолийские турки остались далеко позади».
Развивая эту мысль и связывая её с подоплекой перехода на латиницу, он пишет:
«То, что мы создали и за ненадобностью сдали в архив еще в десятых годах, некоторые продолжали использовать вплоть до года двадцать шестого. И теперь, едва лишь задавшись целью что-то изменить, они выдают это за небывалое новаторство и мнят себя великими реформаторами. Похоже, им неведомо, что мы уже давно в пух и прах разнесли закостенелое арабское правописание и, сохранив саму графику, выстроили на её основе стройную фонетическую систему казахского письма. Они, как оказалось, полагают, что отказаться от арабских букв куда проще, чем реформировать их применение, и верят, будто без полной смены графики орфографию не исправить. В этом, судя по всему, и кроется истинная причина их рвения сменить арабский алфавит на латинский».
В данном контексте «казахское фонетическое правописание» или «прямое чтение» (төте оқу) подразумевает систему письма, выстроенную на предельно точной графической фиксации звуков. Иными словами, написание слова должно полностью соответствовать его произношению, а фонетическое значение отдельной буквы – неизменно сохраняться при её прочтении в составе слова. При этом фундаментальным условием данной реформы являлось полное и последовательное обозначение на письме всех гласных звуков.
Латиница и идеологические путы советской власти
При проведении реформы тюркских языков советская власть преследовала определенную цель: отсечь тюркские народы от остального мусульманского мира, неразрывно связанного с арабской графикой; предать забвению многовековую историю и культуру в памяти новых поколений и воспитать лояльную идеологии смену. Подобная стратегия прослеживалась еще в царской России. Известно, что тогда задача духовной колонизации тюркских народов возлагалась на ученых-миссионеров, ставивших своей конечной целью русификацию и христианизацию региона. В советский же период очередным этапом колониальной политики стала планомерная замена арабского письма латиницей, которую впоследствии сменила кириллица.
Первый общий тюркский алфавит с адаптированной латиницей / Wikimedia Commons
Однако народ их так и не принял. Ахмет Байтурсынулы еще за десять лет до первого курултая осознал, что отрыв от арабской графики станет ударом по тюркской духовности. Именно поэтому он, будучи человеком русскоязычного образования, реформировал не кириллицу, а арабский алфавит, превратив его в подлинно национальное письмо. Байтурсынулы понимал, что латиница удобна для фонетического метода, практична в типографском деле и сулит «кратчайший путь» к европейской цивилизации, но он видел скрытые за этим угрозы.
Так что советская власть умело использовала в своих интересах историческую необходимость, продиктованную сложностью арабской графики. В результате, при прямой поддержке официального аппарата и благодаря усилиям части тюркской интеллигенции было принято постановление о переходе на латиницу и разработан единый тюркский алфавит. Описывая закулисье этого решения, Ахмет Байтурсынулы в статье «Курултай тюркологов» отмечает:
«Поскольку все бразды правления на курултае находились в руках его устроителей, дело обернулось именно так, как им было выгодно: большинством голосов было утверждено решение, гласившее, что “курултай признал превосходство латинского алфавита, а право его внедрения остается на усмотрение каждого отдельного народа и государства”».
Участники Первого Всесоюзного тюркологического съезда в Баку, 1926 год / Wikimedia Commons
Почему Казахстан затянул с переходом на латиницу?
Из-за решительного противодействия казахской интеллигенции во главе с Байтурсынулы, внедрение латинского алфавита в Казахстане произошло значительно позже, чем в других республиках. После тюркологического курултая в стране развернулась острая полемика между сторонниками латинизации и приверженцами арабской графики. В период с 1926 по 1928 год «алфавит Байтурсынулы» всё еще не сдавал своих позиций: на нем продолжали массово издаваться книги и выходить периодические издания.
С 20 по 26 октября 1927 года в Казани сторонники арабской графики, противостоявшие латинизации, провели свой курултай. Ахмет Байтурсынулы был приглашен на него специально для обсуждения проекта по унификации арабского письма – перехода от четырех начертаний букв к одному-единственномуiМаралбек, 2023: 401.
Рудольф Самойлович, 1930-е годы / Wikimedia Commons
Чуть ранее, в том же году, с 3 по 7 июня, в Баку состоялось заседание Комитета нового тюркского алфавита, где был избран новый президиум. Его возглавил азербайджанский политический деятель Самет Агамалы-оглы, а в число его членов от Казахстана вошли четверо: Торекулов, Колбашаров, Асфендиаров и Диманштейн.
Вскоре в Кызылорде был сформирован «Центральный комитет нового алфавита», председателем которого стал Ораз Жандосов, а секретарем – Телжан Шонанулы. На Комитет возложили задачи по разработке, популяризации и внедрению нового казахского алфавита на основе латиницы. С этого момента эпоха арабской письменности, доминировавшей в степи на протяжении тысячелетия, на территории Советского Казахстана начала постепенно угасать.
ЧТО ПОЧИТАТЬ
- Самайлович, Александр. (1924). Доклад. Әзербайжан Республикасының ұлттық архиві. Фонд 103. Опись1. Ед., хр 14. Лист 221–222.
- Байтұрсынұлы, А (2023). Жазу жөндеу // Ахмет Байтұрсынұлының әліпби, жазу, емле туралы еңбектері. Оқу құралы / Ғылыми түсініктемесін жазып, құрастырған — Е.Маралбек. — Алматы: ЖК Асыл, 2023. – 106–107 бб.
- Самайлович, Александр. (1999). Байтурсунов Ахмет Байтурсунович / Ұлттық рухтың ұлы тіні. Ғылыми мақалалар жинағы (қазақ, орыс, ағылшын т.б. тілдерде). Алматы: Ғылым. – 77–79 б.
- Байтұрсынұлы, Ахмет. (1926). Доклад А.Б. Байтурсунова об орфографии / Первый всесоюзный тюркологический съезд (26 февралия – 5 марта). Стенографический отчет. – Баку: Общество обследования и изучения Азербайджана. С 167–168, 286–289.
- Байтұрсынұлы, Ахмет. (1926). Доклад А.Б. Байтурсунова о принципах казахской терминологии / Первый всесоюзный тюркологический съезд (26 февралия – 5 марта). Стенографический отчет. – Баку: Общество обследования и изучения Азербайджана. С. 203-208.
- Байтұрсынұлы, Ахмет. (1926). Түрікшілер құрылтайы / «Жаңа мектеп», № 7–8. – 43–50 бб.
- Шонанұлы, Телжан. (1927). Латыншылардың толық жиылысы / «Еңбекші қазақ» газеті, № 226. – 3 б.
