КАЗАХСКОЕ ХАНСТВО И ИМПЕРИЯ ЦИН

Этноним «казах» в этом документе обозначен тремя иероглифами – ha sa ke (哈萨克). Примечательно, что китайцы до сих пор используют это древнее написание.

Второй раз название «казах» встречается в китайских летописях в 1715 году. Тогда Цинская империя, решив отправить войска в Турфан для разгрома джунгар, заранее известила казахов о своих планах:

Хотя это может показаться неожиданным, именно так Цинская империя фактически предостерегала казахов, требуя «не вступаться за джунгар». Позже — в 1731, 1732 и 1745 годах — сведения о столкновениях между казахами и джунгарами регулярно доходили до цинского двора.

В то время именно Джунгарское ханство представляло для империи Цин наибольшую угрозу. Готовясь к окончательному походу против джунгар, цинские власти долго выжидали и прощупывали почву: им было важно знать, какой будет реакция казахов, если начнется решающая атака. Ведь позиция казахов являлась одним из ключевых факторов, способных изменить геополитическую ситуацию в пользу Цин.

В 1754 году, когда Амурсана во главе 20-тысячного войска явился с поклоном ко двору Цинского императора, ему пожаловали военный чин и поручили разведку в казахских и джунгарских землях. Проанализировав сведения об Абылай хане и Даваци, хунтайджи Джунгарского ханства, его лазутчики пришли к выводу, что наступило «самое благоприятное время для похода».

В феврале 1755 года против джунгар по двум направлениям выступило 200-тысячное войско империи Цин. При этом император отдал генералам такое распоряжение:

Цинские войска, наступавшие с двух сторон, нанесли джунгарам сокрушительное поражение и в мае того же года соединились на реке Боро-Тала. Тогда император Цяньлун издал обращение к казахам, в котором разъяснял суть сложившейся ситуации:

Несмотря на строгий наказ и намёки о подчинении, император всё же предостерёг своих генералов о недопустимости набегов и провокаций при выходе к казахским границам. Это свидетельствует о том, что у империи Цин не было планов подчинять казахов силой.

Разгромив джунгарское войско, цинские силы атаковали ставку хана Даваци, располагавшуюся в местечке Монголкюре на территории современного Или-Казахского автономного округа. Исчерпав все возможности для сопротивления, хан бежал в Кашгарию, однако правитель Оша обманом захватил его в плен и выдал цинским властям. Окончательно ликвидировав Джунгарское ханство, империя Цин разделила его народ на четыре части, назначив над каждой по нойону.

В это время растаяли и надежды Амурсаны, рассчитывавшего стать джунгарским ханом при поддержке империи Цин. Возмущённый развитием событий, осенью 1755 года он атаковал цинские войска, но потерпел поражение, после чего бежал к Абылай хану под защиту казахов. В 1756 году Амурсана вернулся в свои земли и вновь выступил против цинских сил, но снова проиграл. В итоге он был вынужден ещё раз укрыться на землях Среднего жуза.

События вокруг побега и укрывательства Амурсаны предельно обострили отношения между империей Цин и Казахским ханством. Для его поимки цинские власти направили в казахские степи по трём направлениям три тумена войск — тридцатитысячную армию. Однако Абылай хан нанёс ответный удар по вторгшимся силам.

Тем не менее, сочтя дипломатический путь наиболее верным решением этого острого вопроса, в июне 1757 года казахский хан направил послов в передовой военный штаб империи Цин. Вручив коней в качестве дара, стороны впоследствии пришли к соглашению и договорились о ведении взаимной торговли.

В донесении заместителя генерала Чжао Хуэй императорскому двору это событие описывается так:

Противостояние между двумя сторонами нарастало: дипломатическая и военная борьба шли параллельно. Цинские вельможи требовали от Абылай хана выдачи Амурсаны и, вдобавок, оказывали давление, принуждая к подчинению и самого хана.

Абылай хан, стремясь извлечь из ситуации выгоду, старался решить вопрос максимально благоприятным для себя образом, ведя двойную игру. Хотя он и обещал помочь в поимке Амурсаны, до конкретных действий дело так и не доходило. При этом хан проявлял явную активность в установлении отношений с Цинской империей.

Осенью 1757 года послы Абылай хана встретились в Пекине с цинским императором. В грамоте, направленной императором Цяньлуном Абылай хану 31 сентября того же года, говорилось:

Заявления Цинской империи о том, что они «приняли» казахов, — не что иное, как проявление имперских амбиций. Согласно своей традиции, они неизменно причисляли соседние народы, с которыми вступали в контакт, к так называемым «внешне зависимым государствам»i藩属国 — Fanshuguo. Но на деле цинские власти никогда не вмешивались ни во внутренние, ни во внешние дела Казахского ханства. Всё, чего они добивались от казахов, — это соблюдения спокойствия на границах и отсутствия посягательств на их территорию.

Абылай хан же, налаживая двусторонние связи, стремился сохранить и укрепить суверенитет Казахского ханства. Это очень точно подметил и Шокан Уалиханов, утверждая, что «Цинская империя никогда не была опасна для ханской власти (казахов)»iШ. Ш. Уәлиханов. Абылай хан. — Алматы: Айқап. 1992, – 15 б. .

Так, в 1757 году дипломатические отношения между Казахским ханством и империей Цин обрели официальный статус. С этого времени и вплоть до 1825 года казахи направляли послов к императорскому двору и в местные администрации, преподнося так называемый «чаогун» — дары, символизировавшие взаимное признание двух государствi Әбділәшімұлы Д. Жұңго Бірінші тарихи мұрағатында сақталған қазақша құжаттар. — Алматы: Елтаным баспасы. 2016, – 46 б. .

Но, несмотря на казавшуюся «оттепель» в отношениях, с самого начала между сторонами шла негласная борьба за территории. Империя Цин, вознамерившаяся удержать в своих руках все земли Джунгарского ханства, возвела пограничные насыпи, установила охрану и выставила военные посты на всём протяжении от Иртыша до реки Или. Цинские власти стремились не допускать казахов восточнее установленного рубежа. В конечном счёте они полагали, что расселение казахов вдоль их внешних границ — «лучший способ обеспечить безопасность рубежей на долгие времена»iЦин Гаозун патшаның орда күнделігі ( 清高宗实录) 555 т., – 5 б.; 4-кітап, – 1681 б. .

У Абылай хана было совсем иное видение пограничного вопроса. Он твёрдо придерживался позиции, что казахи должны заселить свои родовые земли — регионы Тарбагатая, Или и Алтая, которыми завладела империя Цин. Именно поэтому через своих послов, отправленных к императорскому двору, он просил вернуть казахам их исконные пастбища в Тарбагатае. В ответной грамоте, в которой его просьба была отклонена, говорилось:

Но территориальный спор на этом не закончился. В 1760 году Абылай хан вновь направляет послов, претендуя на земли в верховьях Или. В ответ на это 8 июня 1760 года империя Цин направляет Абылай хану следующее послание:

Стремление Абылай хана вернуть земли на Или имело глубокие исторические основания. В древности этот регион был центральной областью государства усуней. Поэтому казахский хан добивался того, чтобы роды Старшего и Среднего жузов продвигались на восток и вновь заселили свои исконные земли. Со временем казахские племена расселялись вплотную к пограничным постам и иногда даже переходили за них, постепенно обживая «внутренние территории». На выдворение их всех обратно у Цинской империи просто не хватило сил.

В конце концов, Цинский двор сдался перед настойчивостью и политической хитростью Абылай хана и издал в 1767 году следующий указ:

В итоге стороны пришли к соглашению: казахи в качестве земельного налога обязались платить по одной голове с каждой сотни лошадей. После этого число казахов, кочевавших на восток, стало расти, а выпас скота в приграничье был официально узаконен. Этот порядок сохранялся вплоть до начала колонизации Российской империей юго-восточных областей Казахстана.

Стоит отметить, что хотя казахов, осевших на своих исконных землях в пределах империи Цин, там называли «обращёнными внутрь», сама империя выстраивала отношения с Казахским ханством как с независимым государством. Цинские власти не вмешивались в общественное устройство казахов, не присылали своих чиновников для управления, не взимали налогов и не призывали людей в армию. Поэтому бытующее мнение о том, что Казахское ханство «было вассалом империи Цин», не имеет исторических оснований.

Идею наладить торговые отношения с империей Цин первым выдвинул Абылай хан. В 1757 году цинские власти поддержали это предложение и пообещали приступить к его реализации уже в следующем году. Однако, когда казахский хан предложил организовать торговую точку на берегу озера УлюнгурiНыне территория уезда Бурчун Алтайского округа Синьцзяна, китайская сторона воспротивилась: путь был слишком долгим, и купцам было бы трудно туда добираться. Взамен они предложили организовать торговлю в Урумчи, и Абылай хан дал на это своё согласиеiБұл да сонда. 548 т., – 17 б.; 4-кітап, – 1624 б. .

Организацию торговли Абылай хан поручил своему верному соратнику и полководцу — Кабанбаю.

Осенью 1758 года Кабанбай батыр во главе казахской торговой делегации прибыл в Урумчи. В донесении 1758 года императорской ставке от чиновников, ведавших торговлей, зафиксировано следующее:

В декабре того же года группа казахских торговцев вновь совершила поездку в Урумчи. По итогам этих двух поездок казахские купцы выменяли 292 тюка атласа, 54 тюка тонкого шёлка, огромные упаковки ниток, а также значительное количество серебра.

Особое место в этой торговле занимали казахские лошади. Цены на них могли резко возрастать в зависимости от спроса. К примеру, в 1759 году Цинская империя, направившая огромную армию на подавление восстания ходжей в Кашгарe, остро нуждалась в большом количестве коней. Оказавшись в этом вопросе в зависимости от казахов, цинские власти приняли решение закупать лошадей крупными партиями вне зависимости от цены.

В тот год казахские купцы шесть раз пригоняли табуны в Урумчи, где в общей сложности было продано 11 тысяч лошадей. Взамен они получили более 900 тюков разноцветного атласа, свыше 400 тюков шёлковых тканей, а также другие товары первой необходимостиi Ван Чжияньсинь. Цин патшалығы дәуіріндегі қазақтардың шығыспен сауда қарым-қатынастары. Магистрлік диссертация. — Пекин. 1985, Қолжазба, – 21 б. .

В том же 1759 году империя Цин полностью подчинила себе южные склоны Тянь-Шаня и сосредоточила свои политические и экономические интересы на Илийском крае. Началось активное освоение новых земель и развитие зернового производства, что, в свою очередь, вызвало резкий спрос на тягловую силу, необходимую для пахотных работ. В результате в 1760 году в Хоргосском районе открылся специальный рынок для меновой торговли с казахами. Согласно источникам, в июне того же года для обмена было подготовлено целых 8500 тюков разноцветных шёлковых тканей, тогда как годом ранее на эти нужды направлялось всего 4000 тюков атласа и дорогого шёлкаiЛи Юйнкуан, Ван Си. Цяньлун, Цзясин патшалар кезінде Шыңжаңның ішкі өлкелермен жасаған Жібек саудасы // Шыңжаң Қоғамдық ғылымдары (Xin jiang shehuikexue). — 1985, №4, – 47 б..

Вскоре цинские власти сосредоточили основные усилия на защите своих северо-западных рубежей, увеличив численность войск в Тарбагатае. Поскольку армии вновь потребовались лошади, в 1763 году уже в Тарбагатае открыли новые торговые ряды. Этот рынок находился в непосредственной близости от казахских кочевий, поэтому люди из окрестных мест потянулись туда нескончаемым потоком.

Теперь им не нужно было проделывать долгий путь до Или: они пригоняли скот в Тарбагатай и выменивали его на китайский шёлк, хлопчатобумажные ткани, фарфоровую посуду и прочую домашнюю утварь.

Казахи вели торговлю организованно, и Абылай хан лично контролировал этот процесс. Торговые делегации возглавляли исключительно султаны, а все операции осуществлялись в строгом соответствии с установленным порядком. Цинская империя, в свою очередь, ввела систему государственной монополии на торговлю, запретив частным китайским и уйгурским купцам самостоятельно заключать сделки с казахами.

Имя главы группы, направлявшейся в Китай, список участников делегации и точное количество скота, предназначенного для обмена, заранее сообщались цинским пограничным чиновникам. Они несли ответственность за личную безопасность казахов, прибывших на рынки, а также за сохранность их имущества на территории Китая. Казахских торговцев встречали на границе и так же сопровождали до рубежа при возвращении домой.

Примечательно, что империя Цин придерживалась в отношении казахов политики беспошлинной торговли, тогда как все остальные страны Центральной Азии облагались торговым налогом. У таких преференций была веская причина: цинские власти остро нуждались в казахских лошадях.

Хотя главным принципом этих торговых отношений провозглашалась «взаимная выгода для всех сторон», цены на скот и ткани постоянно колебались в зависимости от обстоятельств. При этом административная система не вмешивалась в сделки купцов — все вопросы стороны решали по взаимному согласию.

Так официальная торговля между Казахским ханством и империей Цин продолжалась до первой четверти 19 века.

Как уже упоминалось, сокрушив Джунгарское ханство в середине 18 века, империя Цин вплотную подвела свои западные рубежи к казахским землям. А в середине 19 века, в результате колониальной экспансии и завоевания территории Казахстана, уже Российская империя подошла своими восточными окраинами вплотную к границам империи Цин. В конечном счёте это не могло не спровоцировать возникновение пограничного спора между Россией и Китаем.

Во второй статье Пекинского трактата 1860 года между Российской империей и империей Цин были изложены основные принципы определения северо-западной границы Китая. В 1862 году официальные представители двух государств начали переговоры по установлению этих границ, которые вылились в затяжные споры.

В конце концов стороны пришли к единому мнению, и 7 октября 1864 года в китайском городе Чугучаке цинским представителем Мин И и представителем России Иваном Бабковым был подписан протокол о размежевании русско-китайской государственной границыiҚытай-Ресей шекара келісімшарт құжаттар жинағы (ішкі материалдар) (Zhonge bianjie tiaoyue ji — 中俄边界条约集). — Beijing: Shangwu yinshuguan. 1973, – 42 б. .

В статье 5 «Чугучакского протокола» говорится:

Чугучакский протокол 1864 года стал первым правовым документом, закрепившим государственную границу между двумя империями, пролегавшую через казахские земли. Однако сами казахи, находившиеся под колониальным управлением Российской империи, не имели никакой возможности участвовать в процессе определения и делимитации границы на своих исконных землях.

В середине 19 века политическая обстановка в Центральной Азии и Восточном Туркестане была крайне нестабильной. В ответ на попытки британских сил проникнуть в Кашгар со стороны Индии, Российская империя начала стремительно продвигаться на восток и в 1871 году её войска заняли город Кульджа.

В это же время власти России и Китая продолжали работу по делимитации отдельных участков, оставшихся неопределёнными в Чугучакском протоколе 1864 года. И 12 августа 1870 года стороны подписали Тарбагатайский демаркационный протокол.

В 1878 году империя Цин сокрушила созданное в Кашгаре кокандским генералом Якуб-беком государство Йеттишар («Семиградье») и восстановила свою власть в Восточном Туркестане. Вслед за этим Пекин в резкой форме потребовал от царской России возврата Илийского края.

В 1879 году правительства Китая и России провели переговоры по Илийскому вопросу и пришли к соглашению. 24 февраля 1881 года в Санкт-Петербурге был подписан договор. Согласно документу, китайская сторона вернула себе Или — Кульджу и долину реки Текес. Однако западная часть побережья реки Хоргос осталась во владении России.

В этом соглашении указывалось, что жителям Илийского края, пожелавшим принять российское подданство, в течение одного года будет открыт путь для переселения в Россию вместе со своим имуществом. В итоге роды албан и суан совершили обратную кочёвку. Вместе с ними переселились илийские уйгуры и дунгане, что положило начало формированию уйгурского и дунганского сообществ в Казахстане.

Стоит отметить, что Россия и Китай заключили ещё ряд дополнительных соглашений для определения мест расселения приграничных казахов и их государственной принадлежности. Одним из таких документов стал Китайско-русский протокол о приграничных районах Кобдо и Тарбагатай, обнародованный 12 августа 1883 года.

Во второй статье «Соглашения» участь приграничных казахов была определена следующим образом:

В документе также содержалось предостережение о том, что по истечении установленного срока любые перемещения людей через границу в ту или иную сторону будут запрещены. В тексте говорилось:

Таким образом, была внесена ясность в отношении отдельных приграничных участков в Кобдинском и Тарбагатайском округах, а также окончательно определена государственная принадлежность проживавших там казахов.

3 октября 1883 года представители двух стран утвердили Протокол о делимитации юго-западной границы в районе Тарбагатая. Во второй статье документа было зафиксировано:

Кроме того, в начале января 1885 года было заключено ещё одно соглашение между Китаем и Россией — на этот раз о подданстве тарбагатайских казахов. Первая статья этого документа даёт исчерпывающее представление о ситуации:

В 4-й статье «Соглашения» указывалось, что при возникновении любых внештатных ситуаций среди казахов, находившихся в подданстве обоих государств, стороны обязаны находить решение путём взаимных консультаций. Для этих целей предписывалось ежегодно, осенью, проводить совместные советы. В случае же возникновения иных важных происшествий чиновники двух государств должны были созывать совместный съезд.

Кроме того, в данном соглашении рассматривался порядок пересечения границы казахами:

Всего в период с 1864 по 1885 год империя Цин и Российская империя заключили шесть пограничных соглашений, проведя делимитацию государственной границы на казахской земле. В результате было определено подданство приграничных казахов, а в Китае сформировалось сообщество этнических казахов.